Антикризисные налоги

Игорь Николаев, директор Департамента стратегического анализа ФБК

Нельзя сказать, что налоговые антикризисные меры получили широкое распространение в международной практике противодействия кризису. По-видимому, просто пока нет четкого представления о том, что может быть наиболее эффективно. Вот и пробуют разные страны различные механизмы.

Примеры некоторых решений: в Японии предоставляют налоговых стипендий семьям на сумму в 2 трлн. йен; в США принято решение о налоговых сокращениях покупателям первого дома на общую сумму в 16 млрд. долларов; в Германии отменяют налог на автомобиль в течение года после покупки нового авто, удваивают налоговый бонус для квалифицированных рабочих на два года, снижают налоги для малых и средних фирм на 7 млрд. евро и т.д.

Но самый внушительный пакет налоговых антикризисных мер приняла, без сомнения, Великобритания: ставка НДС с 1 декабря 2008 года была снижена с 17,5% до 15%; пошлины на алкогольные напитки увеличены на 8% также с 1 декабря 2008 года; пошлины на табачные изделия выросли на 4% уже с 24 ноября 2008 года; отодвигается на апрель 2011 года установление повышенной налоговой ставки в 45% для лиц, чьи доходы превышают 150000 фунтов стерлингов в год и т.д.

Россия также приняла важные решения налогового характера в целях противостояния кризису. Ключевая мера – снижение налога на прибыль на 4% в части, зачисляемой в федеральный бюджет.Сразу возникает вопрос: почему налог на прибыль? Тем более, что осенью 2008 года, когда кризис по-настоящему затронул все страны, снижать именно этот налог не стала ни одна из них. Да, в некоторых странах (Германия, Канада), в 2008 году снижалась ставка налога на прибыль, но соответствующие решения принимались еще в 2007 году, когда никто и не предполагал, что кризис затронет реальный сектор экономики.

Возникает естественное желание посмотреть: чем же российские законодатели обосновывают то, что снижать надо именно налог на прибыль. Финансово-экономическое обоснование соответствующего законопроекта было сведено к констатации того, что принятие необходимого закона «не потребует дополнительных расходов из средств федерального бюджета». Конечно, это крайне удивительно, что можно в обосновании игнорировать уменьшение доходной части федерального бюджета. Но формально, действительно, как это ни покажется странным, согласно действующим нормативным документам такого обоснования вполне достаточно.

А если не формально, по существу? Это ведь ключевая антикризисная налоговая мера. Что же, попробуем вместо правительства и депутатов оценить, насколько действенным может сказаться снижение налога на прибыль.

Итак, было заявлено, что данная льгота сэкономит для предприятий около 400 млрд. рублей. Оценка делалась по данным 2007 года. Сравним 2007 и 2008 годы. В 2007 году ВВП страны вырос на 8,1%. Противоположная картина будет в 2009 году; экономика упадет, в лучшем случае, на 4%. Это будет реально кризисный год (приношу извинения тем, кто слова о кризисе предпочитает не употреблять).

Но если всё-таки согласиться с тем, что мы в глубоком кризисе, то давайте снижение налога на прибыль оценивать с учетом данного немаловажного обстоятельства.Вспомним, что, к примеру, в кризисном 1998 году доля убыточных предприятий в российской экономике составила 53,2%. Даже в сверхблагополучном 2007 году данный показатель составлял 23,4%.

Естественно, что сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) в острый кризисный период вообще бывает отрицательным. В целом по экономике в 1998 году данный показатель составил -115,1 млрд. рублей.

Вспомним острый кризисный 1992 год – тогда тоже была похожая ситуация: объем прибыли предприятий и организаций уменьшился по сравнению с 1991 годом почти на 40%. Вывод напрашивается очевидный: льгота по налогу на прибыль в кризисном 2009 году работать не будет. Большинство предприятий и организаций станут убыточными. Можно прогнозировать и то, что опять начнется налоговая оптимизация. Попросту говоря, предприятия и организации станут выводить прибыль в ноль, или показывать её чисто в символических объемах. Это, если хотите, естественное антикризисное поведение бизнеса. Практика такой налоговой оптимизации была широко распространена в кризисные 90-е годы. Ее быстро реанимируют, в этом можно не сомневаться.Но если не за налог на прибыль надо было браться, тогда за что? Здесь не надо гадать. Если мы соглашаемся с тем, что антикризисные меры должны касаться каждого ( а как иначе, ведь кризис-то системный и всеохватывающий?), то становится понятным: надо снижать НДС.

Получается, что Великобритания была совершенно права, когда приняла решение именно о снижении НДС с 17,5% до 15%. Это любопытно, но Министр финансов Великобритании Алистер Дарлинг, аргументируя свой выбор в пользу НДС, именно так и сказал: «… лучший и честнейший подход – выбрать меру, которая коснется каждого». Анализируя практику англичан, следовало бы обратить внимание еще на один момент: ставка НДС снижена на 13 месяцев (с 1 декабря 2008 года по 1 января 2010 года). Здесь, если хотите, уже и психологию пытаются включить: дается установка на то, что «удовольствие» кризиса может быть растянуто максимум на 13 месяцев. Не стоит недооценивать такие моменты. Это для нас понятие доверия в экономике, нюансы психологии кажутся не имеющими отношения к реальным экономическим проблемам. За рубежом, напротив, стараются обращать на это внимание. И правильно делают.Удивительное дело: в годы благополучного развития тему снижения НДС обсуждали, иногда даже очень активно. Но тогда ставка налога никоим образом не мешала бизнесу развиваться (результаты соцопросов подтверждали это неоднократно). Сейчас, казалось бы, реально необходимо НДС снижать, а никакой кампании за это дело не видать. Ступор какой-то. Пора, однако, выходить из него.

Опубликовано в журнале "Финансовый директор", №1, 2009 г.