Спусковой крючок кризиса

Год-полтора назад, когда мировая экономика находилась в острой фазе кризиса, активными были дискуссии по поводу того, по какому сценарию будет развиваться мировой экономический кризис. Много говорили и о вероятности второй волны кризиса.

Потом эти разговоры поутихли. Власти, хоть и делали реверансы типа «рецессия закончилась, кризис продолжается», вовсю излучали оптимизм.

А вот как раз сегодня, когда более чем вероятно, что происходящее в Европе, да и в мировой экономике в целом, это и есть начало так называемой «второй волны» – об этом говорить, складывается такое впечатление, стали попросту бояться.

Но бояться, по-моему, не стоит, потому что подобного масштаба кризисы происходят не из-за разговоров и высказываемых оценок, а только тогда, когда для этого созрели предпосылки фундаментального характера.

Предпосылки же эти, на самом деле, никуда не исчезали. Более того, было бы крайне удивительно и необъяснимо, если бы было наоборот. Эти предпосылки, можно сказать, устойчиво формировались.

Нынешний мировой экономический кризис – это кризис спекулятивной модели экономики. Именно спекулятивная перегретость фондового и других рынков активов и привела в конечном итоге к их обвалу.

Как стали в мире бороться с кризисом? – Деньгами, большими деньгами. Немудреный такой метод: «залить» экономику деньгами, решив проблему ликвидности (замечу: это еще вопрос, была ли на самом деле проблема с этой самой ликвидностью).

И вот ситуация: модель экономики осталась прежняя – спекулятивная, а деньги вбухали огромные. Естественно, все это пошло на надувание новых пузырей на самых разных рынках активов.

Да, наступила некая стабилизация, но, в конечном итоге, экономика, как и осенью 2008 года, оказалась вновь «готовой» к углублению кризиса.

В такой ситуации экономика обязательно разворачивается к падению. Поводом, «спусковым крючком» для разворота ситуации может послужить все что угодно. Это может быть событие экономического, политического, техногенного и т.п. масштаба.

А уж ситуация с Грецией и долговыми проблемами европейских стран в целом вообще идеально подходит на роль «спускового крючка» нового углубления кризиса.

Сначала происходит коррекция на фондовом рынке и на рынках сырьевых активов. Это мы сейчас и наблюдаем. Китайские фондовые индексы, к примеру, от максимальных значений начала 2010 года к середине текущего года потеряли 20%.

Российский РТС продемонстрировал более чем 15%-ое падение, но не с начала года, а буквально за последний месяц, с небольшим.

Американский Доу Джонс сильно пока не упал, но, если сравнивать с началом года, и не вырос.

Падает нефть: российская Urals с почти 84 долларов за баррель в апреле снизилась до менее 70 долларов через месяц (на 17%). Падают цены на металлы. И это еще не конец падения.

Нехорошие сигналы стали поступать из сферы реальной экономики. К примеру, продажи автомобилей в Европе в апреле 2010 года впервые за последние 10 месяцев снизились по сравнению с соответствующим периодом прошлого года – почти на 10%.

В общем, ситуация примерно развивается так, как летом-осенью 2008 года. Но есть и отличие: это валютная нестабильность, вызываемая динамикой евро.

Знаковое событие последнего времени – решение министров экономического развития и финансов стран ЕС о запуске «Европейского механизма финансовой стабилизации». Проще говоря, создают фонд в 750 млрд. евро для поддержки Греции и других европейских стран.

Но вот интересна и чрезвычайно показательна реакция на данное решение. Казалось бы, как здорово, какие огромные ресурсы готовы затратить на поддержание финансовой стабильности в Европе. Но положительный эффект от данной новости был отыгран буквально за сутки. Потом: снова нестабильность фондовых индексов, снова евро падает.

Почему так? Ведь хорошая же новость? А просто решение о создании фонда на 750 млрд. евро – это одновременно и признание того, что ситуация, оказывается много хуже, чем думали раньше. И как только осознание этого начало приходить, негатив на рынках вернулся.

В истории уже были, и неоднократно, подобные ситуации. Но «почему-то» первой мне вспоминается история с одобрением МВФ кредита для России накануне дефолта августа 1998 года (помнится, речь шла о сумме в более чем 20 млрд. долларов). Понятно, что Европа – это не России. Но все-таки болезнь оказалась слишком запущенной.

«Доигралась» Европа с наращиванием госдолгов. На сегодня десять стран еврозоны имеют госдолг выше предела, установленного Маастрихтским соглашением – 60%.

Откуда такие долги? – Попросту говоря, жили не по средствам. Нет, право, показателен, к примеру, такой факт: в Португалии размер пособия по безработице составляет 532 евро в месяц, а средний размер зарплаты по имеющимся вакансиям – 523 евро в месяц. Ну и зачем работать? Или вот еще. Выше уже упоминался тот факт, что продажи автомобилей в Европе в апреле заметно снизились, а вот в Испании и Португалии они выросли – более чем на 30% (!).

Что теперь? А теперь – кризис. Причем теперь-то уж точно «заливать» деньгами экономику не будем. Во многих странах деньги к новому этапу кризиса оказались потраченными.

Кто еще не успел их полностью израсходовать, к примеру, Россия, сделает это в очень даже обозримом будущем. Резервный фонд уже тратится более чем стремительно: из 4,9 трлн. рублей на 1 марта 2009 года уже успели потратить к настоящему времени 3,8 трлн. рублей.

Опустошив Резервный фонд, будем также как все? – Нет, в России ситуация будет хуже. Потому что в 2009 году государство взяло на себя явно завышенные социальные обязательства. Их снижать, когда через год и через два выборы? – Невозможно!

Нет, конечно, можно попробовать, но, я думаю, даже до этого дело не дойдет. Вот, в Греции пытаются не то что пенсии и пособия снизить, а 13-ю и 14-ю зарплату госслужащим. А страсти уже кипят.

Значит, будем обескровливать экономику, будем повышать налоговую нагрузку, будем занимать. А это способно только углубить кризис.

А МЭРТ продолжает пересматривать прогнозы по росту экономики в сторону повышения…Апрельские данные по росту промпроизводства в России на 6,9% не должны вводить в заблуждение. Во-первых, потому что, есть очень серьезные претензии к новой методологии расчета этого показателя Росстатом. Во-вторых, в сентябре 2008 года, промпроизводство, помнится, тоже выросло более чем на 6%, а потом было стремительное падение.

И все-таки досадно. Можно было избежать этой самой «второй волны». Но стратегические просчеты в борьбе с кризисом, медлительность в принятии реальных мер по снижению спекулятивности экономики сделали свое дело. Одно утешает: «третьей волны» не будет. Да, слабое какое-то получается утешение.